Горе тебе, город Казань,
Едет толпа удальцов
Собирать невольную дань

С твоих беззаботных купцов.
Вдоль по Волге широкой
На лодке плывут;
И веслами дружными плещут,
И песни поют.
Горе тебе, русская земля,
Атаман между ними сидит;
Хоть его лихая семья,
Как волны, шумна -- он молчит;
И краса молодая,
Как саван бледна,
Перед ним стоит на коленах.
И молвит она:
"Горе мне, бедной девице!
Чем виновна я пред тобой,
Ты поверил злой клеветнице;
Любим мною не был другой.
Мне жребий неволи
Судьбинушкой дан;
Не губи, не губи мою душу
Лихой атаман".
"Горе девице лукавой,--
Атаман ей, нахмурясь, в ответ, --
У меня оправдается правый,
Но пощады виновному нет;
От глаз моих трудно
Проступок укрыть,
Все знаю!., и вновь не могу я,
Девица, любить!..
Но лекарство чудесное есть
У меня для сердечных ран...
Прости же! -- лекарство то: месть!
На что же я здесь атаман?
И заплачу ль, как плачет
Любовник другой?..
И смягчишь ли меня ты, девица,
Своею слезой?"
Горе тебе, гроза-атаман,
Ты свой произнес приговор.
Средь пожаров ограбленных стран
Ты забудешь ли пламенный взор!.,
Остался ль ты хладен
И тверд, как в бою,
Когда бросили в пенные волны
Красотку твою?
Горе тебе, удалой!
Как совесть совсем удалить?..
Отныне он чистой водой
Боится руки умыть.
Умывать он их любит
С дружиной своей
Слезами вдовиц беззащитных
И кровью детей!