Как прошлец иноплеменный
В облаках луна скользит.
Колокольчик отдаленный
То замолкнет, то звенит.
"Что за гость в ночи морозной?"
Мужу говорит жена,
Сидя рядом, в вечер поздный
Возле тусклого окна...
Вот кибитка подъезжает...

На высокое крыльцо
Из кибитки вылезает
Незнакомое лицо.

И слуга вошел с свечою,

Бедный вслед за ним монах:
Ныне позднею порою
Заплутался он в лесах.
И ему ночлег дается --
Что ж стоишь, отшельник, ты?
Свечки луч печально льется
На печальные черты.
Чудным взор огнем светился,
Он хозяйку вдруг узнал,
Он дрожит -- и вот забылся
И к ногам ее упал.
Муж ушел тогда. О! Прежде

Жил чернец лишь для нее,
Обманулся он в надежде,
Погубил он с нею все.
Но промчалось исступленье;
Путник в комнате своей,
Чтоб рыданья и мученье
Схоронить от глаз людей.
По рыдания звучали
Вплоть до белыя зари,
Наконец и замолчали.
Поутру к нему вошли:
На полу од посинелый,
Как замученный, лежал;
И бесчувственное тело
Плащ печальный покрывал!..
Не думай, чтоб я был достоин сожаленья,
Хотя теперь слова мои печальны, -- нет,
Нет! все мои жестокие мученья --
Одно предчувствие гораздо больших бед.
Я молод; но кипят на сердце звуки,
И Байрона достигнуть я б хотел;
У нас одна душа, одни и те же муки, --
О, если б одинаков был удел!..
Как он, ищу забвенья и свободы,
Как он, в ребячестве пылал уж я душой,
Любил закат в горах, пенящиеся воды
И бурь земных и бурь небесных вой.
Как он, ищу спокойствия напрасно,
Гоним повсюду мыслию одной.
Гляжу назад -- прошедшее ужасно;
Гляжу вперед -- там нет души родной!