Я зрел вo сне, что будто умер я;
Душа, не слыша на себе оков
Телесных, рассмотреть могла б яснее
Весь мир -- но было ей не до того;
Боязненное чувство занимало
Ее; я мчался без дорог; пред мною
Не серое, не голубое небо
(И мнилося, не небо было то,
А тусклое, бездушное пространство)
Виднелось; и ничто вокруг меня
Различных теней кинуть не могло,
Которые по нем мелькали;
И два противных диких звуков,
Два отголоска целыя природы,
Боролися -- и ни один из них
Не мог назваться побежденным. Страх
Припомнить жизни гнусные деянья
Иль о добре свершенном возгордиться
Мешал мне мыслить; и летел, летел я
Далеко без желания и цели --
И встретился мне светозарный ангел;
И так, сверкнувши взором, мне сказал:
"Сын праха -- ты грешил -- и наказанье
Должно тебя постигнуть, как других:
Спустись на землю -- где твой труп
Зарыт; ступай и там живи, и жди,
Пока придет спаситель -- и молись...
Молись-страдай... и выстрадай прощенье..."
И снова я увидел край земной;
Досадой вид его меня наполнил,
И боль душевных ран, на краткий миг
Лишь заглушенная боязнью, с новой силой
Огнем отчаянья возобновилась;
И (странно мне), когда увидел ту,
Которую любил так сильно прежде,
Я чувствовал один холодный трепет
Досады горькой -- и толпа друзей
Ликующих меня не удержала,
С презрением на кубки я взглянул,
Где грех с вином кипел, -- воспоминанье
В меня впилось когтями, -- я вздохнул,
Так глубоко, как только может мертвый --
И полетел к своей могиле. Ах!
Как беден тот, кто видит, наконец,
Свое ничтожество и в чьих глазах
Все, для чего трудился долго он, --
На воздух разлетелось...
И я сошел в темницу, узкий гроб,
Где гнил мой труп, -- и там остался я;
Здесь кость была уже видна -- здесь мясо
Кусками синее висело -- жилы там
Я примечал с засохшею в них кровью...
С отчаяньем сидел я и взирал,
Как быстро насекомые роились
И поедали жадно свою пищу;
Червяк то выползал из впадин глаз,
То вновь скрывался в безобразный череп,
И каждое его движенье
Меня терзало судорожной болью.
Я должен был смотреть на гибель друга, .
Так долго жившего с моей душою,
Последнего, единственного друга,
Делившего ее земные муки, --
И я помочь ему желал -- но тщетно --
Уничтоженья быстрые следы
Текли по нем -- и черви умножались;
Они дрались за пищу остальную
И смрадную сырую кожу грызли,
Остались кости -- и они исчезли;
В гробу был прах... и больше ничего...
Одною полон мрачною заботой,
Я припадал на бренные останки,
Стараясь их дыханием согреть...
О, сколько б я тогда отдал земных
Блаженств, чтоб хоть одну -- одну минуту
Почувствовать в них теплоту. Напрасно,
Они остались хладны -- хладны -- как презренье!
Тогда я бросил дикие проклятья
На моего отца и мать, на всех людей, --
И мне блеснула мысль: (творенье ада)
Что, если время совершит свой круг
И погрузится в вечность невозвратно,
И ничего меня не успокоит,
И не придут сюда простить меня?..
И я хотел изречь хулы на небо --
Хотел сказать: .......
Но голос замер мой -- и я проснулся.